В Новом зале Исторического музея открылась предаукционная выставка топ-лотов коллекции русского искусства,
которая будет распродана на лондонском Sotheby,s 26-27 ноября. 

То, что Sotheby,s чем дальше, тем серьезнее делает ставку на русское искусство, свидетельствуют не только слова
Джоанны Викери, директора русского отдела фирмы, о том, что
прибыль от этих торгов за пять лет увеличилась почти в 20 раз. Но и то, насколько хорошо теперь, если не сказать
бегло, говорит по-русски начальница отдела. Похоже, планы
у британцев долговременные. Если к этому добавить, что эстимейт (т.е. предварительная оценка) таких произведений,
как натюрморты Ольги Поповой и Натальи Гончаровой, колеблются
в пределах от 3 до 4 млн долларов и от 6 до 10 млн соответственно, то вполне можно верить тому, что "русские
торги"
вплотную подошли к высшему аукционному разряду, то есть
к аукционам "Импрессионисты и модернисты". О чем и заявил на пресс-показе директор "Sotheby,s Россия - СНГ" Михаил
Каменский, завершив свой спич фразой о том, что впервые
за всю историю Sotheby,s избранная часть произведений будет продаваться на "вечернем аукционе" 26-го. Понимать
надо так, что на самом престижном и "денежном".

Главную ставку "сотбисники" сделали на продажу американской коллекции четы Шрейберов. Более 30 лет тому назад
супруги настолько прониклись любовью к русскому искусству, что
для его приобретения избавились от собрания картин американских художников. В итоге образовалась неплохая подборка
из картин Кончаловского, Лентулова (эти работы, скорее всего,
оказались в Америке вследствие выездной выставки-продажи в начале 1920-х), Баранова-Россине, работ Ларионова
и
Гончаровой "московского" и "парижского" периодов. Ставя во главу
угла этой коллекции десятимиллионный натюрморт "Колокольчики" Гончаровой, Sotheby,s, вероятно, попытается побить
свой же рекорд двухлетней давности с натюрмортом Машкова,
ушедшего тогда за 3,5 млн. Или же сделает игру на кубистическом натюрморте Поповой. Не случайно он вынесен на
обложку каталога.

Вероятно, как-то сам по себе выстроился ряд отечественной маринистики. Однако если "Морской берег в облачный
день.
Бретань" Боголюбова, в свое время бывший в великокняжеской
коллекции, привлечет внимание именно ценителей живописи, то крохотная вещица Кандинского "Рапалло. Морской пейзаж
с пароходом" понравится, пожалуй, лишь собирателям знаменитых
имен. Наше "морское все", то есть Айвазовский, представлен двояко: как тот, кто весьма мастерски "просит бури"
("Гнев морей") и кто не прочь иной раз заняться курьезной этнографией.
Речь идет о его странном полотне "Лед на Днепре", изображающем чумаков с возами в барках, незнамо зачем решивших
форсировать реку в пору ледохода. Курьез и оценен в три раза
меньше, чем "Гнев", то есть в 400 тысяч.

Для любителей качественной салонной живописи позапрошлого века заготовлены две картины К. Маковского. Одну -
"Две
дамы, перебирающие рисунки в портфолио" - легко себе представить
на стене парижского салона XIX века. Другая - исключительно национального характера. "Из быта русских бояр конца
XVII в." имеет еще подзаголовок "Поцелуйный обряд". Тот самый,
который подслащивает принятую гостем чашу. Однако в этой ставке на "бытового" Маковского Sotheby,s заметно проигрывает
молодому аукционному дому MacDougall,s, афишировавшему
в эти же дни продажу историко-патриотического полотна того же автора. Трехметровое "Убийство Лжедмитрия", конечно
же, выигрывает не только по размеру, но и главным образом
по теме. Похоже, молодые аукционисты чуть лучше чувствуют конъюнктуру.

Михаил Боде

 

 

 

Российская Газета