Я уже рассказал о том, чем занимаются китобои днем: латают сети, общаются между собой, ремонтируют шлюпки, высматривают китов в море, мастерят декоративные лодки, спят или бухают. Но самое интересное все-таки происходит на закате, когда китобои уходят за рыбой, и на рассвете, когда они возвращаются с уловом. Поэтому каждый раз, когда садилось или вставало солнце, я старался быть на пляже, чтобы проводить их или встретить. В ходе этих вылазок мне удалось узнать много нового о китобоях. Сегодня я расскажу об этом.

Вот так выглядит опустевший пляж Ламалеры, когда китобои в море.

Как только солнце скрывается за сопкой, и на пляж ложится тень…

… китобои готовятся к выходу в море, где им предстоит провести всю ночь.

На китов они ходят с гарпунами, а для любой другой рыбы сгодятся и сети.

Сети дружно укладывают в шлюпки.

Используют рыбаки сеть около 400 метров.

Портрет рыбака.

Когда все готово, шлюпки несут к морю…

… и рыбаки ждут своего момента.

Они считают волны, которые имеют цикличность.

Когда приходит “нужная волна”, они пускают шлюпку на воду, запрыгивая в нее прямо на ходу.

Действовать приходиться очень быстро, чтобы не пропустить момент.

Если момент упустить, то волна может перевернуть шлюпку или даже потопить ее. Шлюпки используют, чтобы добраться до рыбацких лодок, которые постоянно находятся в море.

Старики – заслуженные китобои, вроде Игнасиаса,– остаются на берегу, пока их дети продолжают их дело.

Как только последняя лодка исчезнет за горизонтом, пляж пустеет…

Возвращаются рыбаки с первыми лучами солнца.

К этому времени на пляже их уже ждут остальные, чтобы помочь дотащить шлюпки до шалаша.

Ни разу я не видел, чтобы рыбаки возвращались без улова (нет, был один раз, но об этом еще предстоит рассказать).

В каждой шлюпке всегда был тунец.

Кроме тунца были, конечно, и другие экземпляры, как например вот эта акула.

Но самое яркое впечатление оставила рыба-меч…

Она оказалась просто огромной!

Как в том анекдоте: “а я поймал рыбу во-о-от с таким глазом!”

Всю рыбу (кроме тунца) разделывали прямо на пляже. Название этой не знаю (некоторые утверждают, что это mahi-mahi).

Дельфин.

Рыба-меч.

Другая рыба-меч – “маленькая”.

Затем улов делили между рыбаками.

Досталась рыба не только тем, кто ходил в море, но и старикам.

Я вообще не видел, чтобы кого-то обделили. Рыбаки Ламалеры живут, как одна большая семья.

Про стариков. Когда я пришел первый раз встречать рыбаков с уловом, на пляже было еще темно. Тогда мне казалось, что я единственный там. Потом откуда ни возьмись появился Игнасиас. Оказалось, что он просто вылез из своей китобойной лодки, в которой ночевал! Старик не спит дома. Жалуется, что там жарко и много комаров. Зато на пляже в лодке свежо и прохладно. Поэтому каждую ночь он проводит здесь. На фото Игнасиас со своим внуком (или внучкой).

К концу дележки на пляж приходили женщины.

Жены, сестры, дочери и матери…

Они уносили улов.

Одним утром рыбаки вернулись на берег с морскими дьяволами (скат манта).

Раньше этих удивительных существ я видел лишь однажды, когда нырял, работая на “ЭМБАКУ”.

Когда они проплывали мимо такие грациозные, красивые и загадочные, я был просто поражен. Теперь же они были мертвые.

Поэтому мне было не по себе снимать…

… как их разделывают рыбаки.

Вот так от манты остались только “рожки да ножки”.

Ну что я могу об этом сказать? Таков уж быт этих людей, которые кормятся морем.

Их нисколько не волнует, останутся ли здесь еще морские дьяволы или киты, когда подрастут их дети.

Они – бедные рыбаки, которые не могут быть уверены в том, что принесет им завтра – улов или пустой желудок.

А дома (как бы банально это ни звучало) их всегда ждут жены с детьми…

… которых надо кормить.

Но…

…мой рассказ не был бы полным, если бы я сам не отправился с ними в море и не испробовал бы на себе ремесло рыбака. Об этом я расскажу уже в следующий раз.